Вчера в «Пятёрочке» стоял у полки с гречкой и слушал, как бабуля в соседнем ряду ругает правительство. Говорит, что специально держат, чтобы грабить народ. Я промолчал, потому что объяснять на ходу, как работает торговая наценка и логистика — дело неблагодарное. Но правда в том, что половина того, что мы думаем о ценах и дефиците, — это домыслы.
Разберёмся, где здесь экономика, а где просто наши страхи.
Расскажу, как я пришёл к выводу, что паническая покупка — это самое дорогое удовольствие.
Закупка: когда деньги уходят в песок
Первый рубеж, где формируется цена, — это не магазинный кассир и даже не владелец сети. Это закупщик. Представьте: вы привезли арбузы в августе. Их много, они дешёвые. Но вы не можете их продать все за день, поэтому вы закладываете в цену не только стоимость арбуза у фермера, но и аренду места, электричество, зарплату грузчикам и, главное, процент того, что сгниёт.
Если вы купили товар по 100 рублей, а продать собрались по 120, ваша маржа — 20%. Но из этих двадцати рублей 15 уйдут на расходы. Остаются копейки. Теперь представьте, что курс валют скакнул, или логистика подорожала на 10%. Себестоимость вашего арбуза стала 110 рублей. Если вы поднимёте цену в магазине до 130, вы всё ещё заработаете те же копейки, но покупатель уже начнёт возмущаться.
Цена в магазине — это не жадность директора. Это математика, где запас прочности часто составляет всего 3–5%.
Логистика: невидимый налог
Казалось бы, на этом всё. Но через месяц выяснилась одна деталь. Товар не magically появляется на полке. Его нужно везти. И тут начинается самое интересное.
Я как-то пытался привезти со старого завода станок в гараж. Просто перегнать на Gazelle. Стоимость бензина, аренда машины, оплата водителя и «решение вопросов» на дороге обошлись в сумму, в три раза превышающую цену самого станка, если бы он лежал рядом. С продуктами то же самое, только масштаб другой.
Холодильник в фуре ест топливо. Фура платит за проезд по платным трассам. На таможне — задержки, за которые тоже надо платить. Каждый лишний день в пути — это проценты по кредиту, который взяла фирма на закупку этой партии. Эта надбавка за доставку иногда превышает стоимость самого товара. И её никто не отменял.
История про сахар и соседа
Вот тут и начинается самое интересное. В мае 2020-го, в самом начале паники, я зашел к соседу Валере. У него на балконе стояло десять мешков сахара. Горкой, почти до потолка. Он был горд, как будто нашел клад.
- Взял, пока по 46 рублей, — сказал он. — Будет стоить сто — я в шоколаде.
Мы с ним пили чай, и я спросил, где он этот сахар будет хранить. Валера махнул рукой: мол, в сухом месте, не пропадёт. Спустя год мы снова встретились. Сахар стоил 60 рублей, но не сто. А у Валеры половина мешков отсырела, затвердела в камень и пахла плесенью. Он выбросил буквально деньги в мусоропровод.
Покупка того, что не нужно сию секунду, — это не экономия. Это риск, который часто не оправдывается.
Дефицит: его не существует, пока мы не создадим его сами
Второй способ потерять деньги — это бежать в магазин при первой же новости о дефиците. Фабрики работают в одном ритме, склады рассчитаны на определённый поток товаров. Если вдруг все решают купить масло сразу, сегодня, то поток превращается в цунами.
Магазин не может физически принять больше товара, чем влезает в его подсобку. Фабрика не может мгновенно выпустить в три раза больше масла — у неё стоят станки, отгружены сырье, работают люди в сменном графике. На бумаге дефицита нет. В стране производство то же. Но в конкретном магазине в конкретный день полки пустые, потому что мы все купили по две пачки вместо одной.
Через неделю поставки наладятся, полки заполнятся. А у вас дома будет лежать пять пачок масла, которые вам не нужны. И места занимают, и деньги заморожены.
Главная ошибка покупателя
Тогда я ещё не знал, что главная ошибка была впереди. Мы привыкли оценивать выгоду по ценнику в моменте. Видим «Скидка 20%» или «Цена по карте» — и рука тянется к товару. Но реальная цена — это не то, что написано на этикетке, а то, сколько ресурсов этот товар съест в итоге.
Если вы купили дешёвые ботинки, которые развалились за сезон, вы переплатили. Если вы закупились гречкой на год, вы заморозили деньги, которые могли бы лежать в банке под проценты, и потратили место на хранение. Экономия на ценнике часто оборачивается убытком в домашнем бюджете.
Самый ценный совет я услышал от главного бухгалтера нашего завода ещё в девяностых: «Не покупай то, что не можешь использовать прямо сейчас, если только это не золото». Всё остальное — это балласт, который делает вас беднее, а не богаче.
Итог простой
Цены растут не от злости, а из-за сложной цепочки, где каждое звено хочет есть. Дефицит чаще всего находится у нас в голове, а не на складах. А паника — самый дорогой товар в любом магазине.
А вы как делаете — запасаетесь впрок «на всякий случай» или покупаете ровно столько, сколько съедите за неделю?
