Восемьдесят рублей в 1975 году — это зарплата инженера-наладчика за три недели. Я копил на этот фотоаппарат четыре месяца, откладывая по пятёрке с каждой получки. Расскажу, на что именно уходили эти деньги внутри корпуса и почему цена не всегда означала качество.
Шасси из алюминия
Основная стоимость любого механического аппарата — это не детали, а обработка. Корпус Зенита-Е отливали из алюминиевого сплава. Сам по себе алюминий копейки не стоил, но взять болванку и выфрезеровать из неё коробку со всеми посадочными местами под механизмы — вот где сидели станочные часы. Каждая плоскость, каждое отверстие под ось шестерёнки требовало точной подачи резца.
Плюс наружная отделка, чтобы корпус не окислялся от пальцев. На этом этапе камера уже стоила примерно половину своей цены.
Казалось бы, на этом всё. Но внутри корпуса пряталась ещё одна дорогая железка.
Зеркало постоянного визирования
В ранних зеркалках зеркало после спуска затвора оставалось в верхнем положении, и видоискатель слеп до тех пор, пока не взведёшь затвор. В Зените-Е поставили механизм постоянного визирования — зеркало опускается обратно после каждого кадра. Для 1970-х годов это был серьёзный шаг вперёд.
Механизм этот состоял из системы кулачков, пружин и рычажков. Требовалась точная подгонка, чтобы зеркало не заклинивало и не болталось с люфтом. Само зеркало тоже стоило денег: поверхность должна была давать чёткое отражение для фокусировки, плюс защитный слой. Вот и ещё кусок цены.
Объектив Гелиос-44-2
Зенит-Е продавали с объективом Гелиос-44-2 58/2. В рознице объектив отдельно стоил приличные деньги, и, на мой взгляд, почти половина цены комплекта пряталась в передней части аппарата.
Там — несколько линз в группах. Каждую линзу надо выточить, отполировать до определённого допуска, просветлить, и потом собрать в оправу с резьбой. Оправа тоже не простая — кольцо фокусировки, шкала диафрагм, механизм прыгалки. Точность сборки такова, что при вращении кольца ничего не должно люфтить, а линзы — смещаться. Сборка объектива в КМЗ шла вручную, женщинами у окошек дневного света.
Это был чистый ручной труд высокой квалификации, и он стоил дорого.
Экспонометр, который ни с чем не связан
В Зените-Е стоял встроенный экспонометр на селеновом фотоэлементе. Селен вырабатывал ток при освещении, стрелка отклонялась, и по ней можно было подобрать выдержку и диафрагму. Удобно. Но экспонометр был несопряжённый — он не управлял затвором автоматически. Померил глазками, подкрутил руками.
Селеновый элемент сам по себе вещь капризная, со временем деградировал. Но в 1975 году он был ещё свежим, и его производство требовало чистых материалов и ровных плёнок. Это добавляло к цене аппарата рублей десять-пятнадцать, не меньше.
Где теряли деньги
В мае 1978-го, в гараже у Витьки, когда мы вдвоём пытались снять заднюю крышку с моего Зенита, чтобы зарядить плёнку, я впервые понял, куда ушла экономия. Крышка не снималась. Замок заедал. Витька покрутил, я поднажал, крышка подалась, но на плёнке получилась засветка.
- У тебя фокусировочный экран — линза Френеля, — сказал Витька, заглянув в аппарат. — А у нормальных камер матовое кольцо с микрорастром. У нас — линза, и всё.
Вот тут и начиналось самое интересное. Резьбовое соединение объектива M42×1/45,5 было стандартным, но посадочное место на корпусе часто имело перекос. Объектив навинчивался с лёгким клином, и фокус по центру экрана не совпадал с фокусом по краям. Это не брак по ГОСТу, это технологический допуск.
На заводе собирали быстро, проверяли по контрольным шаблонам, и если аппарат укладывался в допуск — шёл в магазин. За те же 80 рублей.
Реальная арифметика
Если разложить 80 рублей по полкам, на мой взгляд, выходило примерно так: объектив — 35 рублей, корпус с мехами и затвором — 30 рублей, экспонометр — 10 рублей, сборка и упаковка — 5 рублей. Цифры примерные, прикидка по магазинным ценам тех лет, но порядок такой. Основные деньги уходили на механическую обработку и ручную сборку оптики.
Электроника в аппарате была минимальная — селеновый элемент и стрелка. Вся суть — в металле, стекле и руках.
Качество этой механики сильно плавало от экземпляра к экземпляру. Два аппарата с одной линии могли снимать по-разному. Это не «раньше было лучше», это констатация: при той технологии и тех допусках иначе и не могло быть. Платили не за гарантированное качество, платили за конструктив и за имя завода.
Всё-таки 80 рублей за зеркалку со штатным объективом было адекватной ценой для своего времени. Другое дело, что получить за эти деньги стабильное качество можно было только если повезёт с конкретным экземпляром. А вам попадались аппараты, которые работали без нареканий, или каждый второй требовал доводки напильником?
