В паспорте моей радиолы стояла скромная цифра выходной мощности. Соседская Вега стерео выдавала куда больше, но когда мы ставили одну и ту же пластинку, Рига орала так, что стекло в серванте звенело. Расскажу, как заводские инженеры упаковали в скромные ватты звук, который легко перекрывал десятку.
Что такое мощность на бумаге
В документации на радиолу указывалась номинальная мощность — та, при которой коэффициент нелинейных искажений не превышал заданных пределов. Если загнать усилитель дальше, искажения росли, но громкость тоже. Паспортная цифра — это гарантия чистоты, а не предел возможностей железа. На пике радиола могла отдать в динамик заметно больше.
Но одно дело — запас по мощности, и совсем другое — реальная громкость в комнате. Казалось бы, на этом всё. Но через месяц выяснилась одна деталь.
Динамик и его секрет
Главную роль играло акустическое оформление. В Риге-101 стоял тяжёлый динамик с мощным магнитом. Его отдача на средних частотах была высокой. Плюс корпус радиолы работал как серьёзный резонатор. Деревянный ящик с задней стенкой и тщательно подогнанным объёмом добавлял к акустическому давлению те самые децибелы, которых не хватало по расчётам.
Более мощные колонки часто ставили в пластиковые или тонкостенные корпуса, которые гудели и теряли энергию на вибрацию стенок. Рига стояла жёстко и сама работала на звук.
Как мы проверяли на практике
В марте 1984-го, у меня в гараже, когда мы с Витькой перебирали его новёхонькую Вегу, я принёс свою Ригу для сравнения. Поставили рядом. Вега по паспорту выдавала солидные ватты. Рига — скромную цифру. Включили Высоцкого, одну и ту же песню, регуляторы на середину. Рига играла плотнее и субъективно громче. Витька покрутил ручку, потом посмотрел на меня: «Где тут эти ваши ватты? Она же лужи сушит».
Секрет был не в паспортных цифрах, а в том, как эти ватты доставлялись до ушей. Вот тут и начинается самое интересное.
Чистый сигнал и особенности схемотехники
Схемотехника усилителя Риги была сделана добротно. Транзисторный каскад выдавал сигнал ровно на всём диапазоне, и слух воспринимал это как более мощный звук. Чистый звук мозг не режет, не хочется убавлять громкость. А вот перегруженный, даже если он формально громче, кажется тише, потому что слух автоматически защищается от грязи.
В общем, честные ватты хорошего усилителя ощущаются громче, чем те же ватты на плохом корпусе. Чистота сигнала добавляла субъективной громкости.
Почему цифры в паспорте не решали
Завод писал номинал по стандарту, и с этим ничего не поделаешь. Но стандарт нормировал электрическую мощность, а не акустическую. Акустическая зависит от чувствительности динамика, объёма корпуса, материалов и даже от того, стоит радиола в углу или посреди комнаты. Рига-101 в углу комнаты давала такой бас, что формальные ватты превращались в весьма ощутимое звуковое давление.
Для комнаты в 16 квадратных метров этого за глаза. Современные системы с паспортными 20 Вт в пластиковом корпусе часто не могут выдавить такой звук, потому что энергия уходит в вибрацию пластика, а не в движение воздуха. Честно скажу, я до сих пор так и делаю — смотрю не на ватты в бумажке, а на вес корпуса и магнит динамика.
Паспортная мощность Риги-101 была чистой формальностью. Настоящая мощность звука пряталась в тяжёлом диффузоре, деревянном корпусе и добротной схемотехнике. А вы как выбирали технику — верили паспорту или верили ушам?
